Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

ГРАФ ОРЛОВ

С. ВИТОЛЬДОВА - ЛЮТЫХ НА ВОСТОК...


Мужчины наши узнали, что охраняют станцию Тайга поляки, кро­ме того, стоит здесь несколько колчаковских эшелонов.

В ПОЛЬСКОМ ЭШЕЛОНЕ

Мы в вагоне. Встретила нас миловидная женщина лет 35, хохлуш­ка. Она  говорила, что муж ее сегодня дежурит на станции. В правой стороне  теплушки стоял стол и две кровати. На одной из них лежало двое детей,  мальчик и девочка, с любопытством посматривавших на нас, высовывая  головы из-за подушек. Это были дети наших хозяев теплуш­ки. Левую  половину вагона они уступили нам. А было нас семь чело­век. Я, муж,  князь и еще одна семья, ехавшая из Ново-Николаевска, но одновременно с  нами грузившаяся в этот вагон.

Эта семья, так же как и мы, ехала в  колчаковском поезде, а потом на лошадях. В тайге она встретила поручика  К., и он устроил ее в этот поезд. Семья эта состояла из старушки  матери, двух дочерей и зятя (офицера, мужа старшей дочери).

Наша  хозяйка нервничала, ожидая мужа, даже выходила два раза, ища случая  встретиться с ним и рассказать, что у них поручик К. отобрал полвагона и  какие-то неизвестные беженцы преспокойно разложили свои вещи и весело  попивают чай, согретый на ее печке. Но хозяин вагона долго не  показывался.

Collapse )
ГРАФ ОРЛОВ

П. Н. Краснов — «Ложь»

Когда вышли из оврага, темнота окружила. Сильно, по-осеннему вызвездило.  Вдали красным дымом курилась станция, с ее станционными огнями,  семафорными фонарями и множеством костров. Оттуда чуть доносился гомон  многих людей, и чудилось, что там раздается грубый, неистовый смех…

Наступали  длинною цепью, окружая станцию, как на облаве. Шли неслышно. Люди  скользили по жнивью, обходя снопы, убитых лошадей и красных казаков,  минуя селение. Шли так осторожно, что ни одна собака не залаяла…
Пять верст шли, не останавливаясь.

Когда  в мутном красном свете костров стали видны вагоны товарных поездов,  серые громады броневого поезда и толпа на станционном дворе под высокими  тополями, когда слышна стала гармоника и женский голос, певший задорную  частушку, часовой-красноармеец, вдруг появившийся в поле, испуганно  окликнул:
– Кто идет?.. Товарищ, это вы?..

Никто не ответил. Глухо ударил приклад по черепу, и, как тяжелый куль, мягко свалился на землю часовой.
Цепь побежала, все скорее и скорее, с разных сторон врываясь на станцию.
Тогда раздались первые беспорядочные выстрелы, им ответил грозный треск ручных гранат.

Collapse )
ГРАФ ОРЛОВ

Что посеешь, то и пожнешь!

На этой фотографии —  Юрий Владимирович Ломоносов, инженер-железнодорожник, изобретатель  первых в мире тепловозов Ээл2, уполномоченный Совета народных комиссаров  по железнодорожным заказам за границей.

До октябрьского  переворота Ломоносов царской властью в общем-то обижен не был: утвержден  в 1899 году Министерством путей в должности инспектора Российских  государственных и частных железных дорог, в том же году ему было  предложено место преподавателя в Варшавском политехническом институте,  где он читал курс по теории и управлению локомотивами. В конце лета 1900  года Ломоносов принял участие в Международной выставке локомотивов в  Париже.

С 1902 года — профессор Киевского Политехнического  института. Вместе с группой студентов совершил поездку по  Китайско-Восточной железной дороге, проводя её обследование. Посетил  Иркутск, Харбин, Порт-Артур, Владивосток, а также Нагасаки и Пекин. По  должности инспектора железных дорог Ломоносов должен был знакомиться с  железнодорожными достижениями в других странах. В ноябре 1902 года  участвовал в работе Международного конгресса инженеров железнодорожного  транспорта в Вене.

Collapse )
ГРАФ ОРЛОВ

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ КОНСТАНТИНА КОРОВИНА О РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Во время русской смуты я слышал от солдат и вооруженных рабочих одну и ту же фразу: «Бей, все ломай. Потом еще лучше построим!»

Странно  тоже, что в бунте бунтующие были враждебны ко всему, а особенно к  хозяину, купцу, барину, и в то же время сами тут же торговали и хотели  походить на хозяина, купца и одеться барином.
 

Все были  настроены против техников, мастеров, инженеров, которых бросали в котёл с  расплавленным металлом. Старались попасть на железную дорогу, ехать  было трудно, растеривались, не попав, отчаивались, когда испорченные  вагоны не шли, и дрались из-за места в вагонах. Они не знали, что это  создание техники и что это делают инженеры.
 

Весь русский бунт  был против власти, людей распоряжающихся, начальствующих, но бунтующие  люди были полны любоначалия; такого начальствующего тона, такой  надменности я никогда не слыхал и не видал в другое время. Это было  какое-то сладострастие начальствовать и только начальствовать.
 

Что  бы кто ни говорил, а говорили очень много, нельзя было сказать никому,  что то, что он говорит, неверно. Сказать этого было нельзя. Надо было  говорить: «Да, верно». Говорить «нет» было нельзя — смерть. И эти люди  через каждое слово говорили: «Свобода». Как странно.
 

Трамвай  ходил по Москве, но только для избранных, привилегированных, т. е.  рабочих фабрик и бесчисленной власти. Я видел, что вагоны трамвая полны;  первый женщинами, а второй мужчинами рабочими. Они ехали и не очень  складно пели «Чёрные дни миновали».
 

Collapse )
ГРАФ ОРЛОВ

СОВЕЦКИЕ БЫТОВЫЕ НЕМЕРКНУЩИЕ ПОБЕДЫ


ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНЫЙ ОТДЕЛ НКВД ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЖЕЛ. ДОРОГИ
СОВ.СЕКРЕТНО
рассекречено
13августа 1940 г.
№ 6100/3
г. Воронеж
СЕКРЕТАРЮ ВОРОНЕЖСКОГО ОБКОМА ВКП (б)
тов. ТИЩЕНКО
 Моим вмешательством, при участии работников УНКВД, шанхайки (землянки)  при ст. Придача в количестве 130 шт. снесены. Лица, проживающие в них,  расселены заинтересованными предприятиями.
На 13/VIII осталось неснесенными землянки в следующих местах:
На ст. Рамонь ЮВжд – 4 землянки, проживают в них жел.дор. служащие (4 семьи).
На ст. Придача – 7, списанных из инвентаря вагонов, проживают в них 9 семей железнодорожников.
На ст. Воронеж – 6 вагонов, списанных с инвентаря, проживают в них 8 семей железнодорожников.
На ст. Лиски – осталось 23 землянки, в которых живут, главным, образом, семьи железнодорожников.
На ст. Эртиль 53 землянки, проживают в них рабочие сахарозавода.
В итоге в не снесенных землянках живут, главным образом, железнодорожники.

Collapse )