graf_orlov33

Category:

Почему советское образование нельзя считать «лучшим в мире»

"О  том, насколько хорошо учили школьников во времена СССР и стоит ли нам  сегодня равняться на советскую школу, «Ленте. ру» рассказал сотрудник  отдела редких книг и рукописей Научной библиотеки МГУ, историк  российского образования, руководитель гуманитарной магистратуры  Университета Дмитрия Пожарского Алексей Любжин.

«Лента. ру»: Правда ли, что советское образование было самым лучшим, как и все в СССР?
А.  Л.: Не заметил я этого. Если бы мнение о превосходстве советского  образования было хоть сколько-нибудь близко к действительности, логично  предположить, что страны Запада должны были бы устроить у себя  образовательную реформу по примеру СССР. Но ни одно из европейских  государств – ни Франция, ни Англия, ни Италия – никогда не думало  заимствовать советские модели. Поскольку они их невысоко ценили.
«Лента.  ру»: Как же Финляндия? Говорят, что в свое время она заимствовала свои  методики у нас. При этом считается, что сегодня по школьному обучению  равных этой стране нет.
А. Л.: Я не могу согласиться, что Финляндия  вне конкуренции. Это связано с особенностями местного образования,  которое рассчитано не на высокие результаты отдельных индивидуумов, а на  то, чтобы поднять средний уровень образованности каждого гражданина. Им  это действительно удается. Во-первых, Финляндия – маленькая страна. То  есть там все легче организовать. А во-вторых, в учителя там идет очень  доброкачественный народ. Так что вытянуть ребят финнам удается за счет  сильных преподавателей, а вовсе не за счет хорошей программы. Но при  этом там серьезно проседает высшая школа.
«Лента. ру»: Многие  считают, что устройство советского образования уходит своими корнями в  образовательную систему царской России. Много ли мы взяли оттуда?
А.  Л.: Ровно наоборот – советское образование полный антипод имперского.  До революции в России существовало много типов школ: классическая  гимназия, реальное училище, кадетский корпус, духовная семинария,  коммерческие училища и т. д. Учиться мог практически каждый, кто к этому  стремился. Была «своя» школа для любых способностей. После 1917 г.  вместо образовательной многоукладности стал внедряться единый тип школ.
Еще  в 1870 г. в книге русского историка Афанасия Прокофьевича Щапова  «Социально-педагогические условия умственного развития русского народа»  была высказана мысль, что школа должна быть единой для всех и что она  должна основываться на естественных науках. Что большевики и  осуществили. Наступил всеобуч.
«Лента. ру»: Это плохо?
А. Л.: В  концепцию всеобуча хорошо укладывалась именно начальная школа, где учили  начальной грамотности. Она была в СССР организована на уровне. Все, что  шло дальше, – уже фикция. Программа средней школы предлагала всем один и  тот же набор предметов, не считаясь ни со способностями, ни с  интересами ребят. Для одаренных детей планка была слишком низкой, им  было не интересно, школа им только мешала. А отстающие, наоборот, с  нагрузкой не справлялись. По качеству подготовки выпускник средней  советской школы равнялся выпускнику Императорского высшего начального  училища. До революции в России были такие школы. Обучение в них  опиралось на начальную школу (от 4 до 6 лет, в зависимости от школы) и  продолжалось четыре года. Но это считалось примитивным уровнем  образования. И диплом высшего начального училища не давал доступа в  университеты.
«Лента. ру»: Уровень знаний недотягивал?
А. Л.:  Главные умения выпускника высшего начального дореволюционного училища:  чтение, письмо, счет. Кроме того, ребята могли нахвататься зачатков  разных наук – физики, географии… Иностранных языков там не было, потому  что составители программ понимали, что это будет фикция.
Подготовка  выпускника советской школы была примерно такой же. Советский  старшеклассник владел письмом, счетом и отрывочными сведениями по другим  предметам. Но эти знания наполняли его голову, как чердак. И в принципе  человек, интересующийся предметом, мог самостоятельно усвоить эту  информацию за день-два. Иностранные языки, хоть и преподавались, но  выпускники их практически не знали. Одна из вечных печалей советской  школы – то, что знания, полученные в рамках одной дисциплины, ученики не  умели применить к другой.
«Лента. ру»: Как тогда получилось, что  «чердачные» советские люди изобрели космическую ракету, вели разработки в  атомной отрасли?
А. Л.: Все разработки, прославившие Советский  Союз, принадлежат ученым еще с тем, дореволюционным образованием. Ни  Курчатов, ни Королев никогда не учились в советской школе. И их  коллеги-ровесники тоже никогда не учились в советской школе либо учились  у получивших дореволюционное образование профессоров. Когда инерция  ослабела, запас прочности истощился, то все и посыпалось. Собственных  ресурсов в нашей системе образования не было тогда, не появилось и  сегодня.
«Лента. ру»: Вы сказали, что главное достижение советской  школы – это началка. Но многие говорят, что в СССР было достойно  организовано математическое образование. Это не так?
А. Л.: Это так.  Математика – единственный предмет в школах Советского Союза, который  соответствовал требованиям Императорской средней школы.
«Лента. ру»: Почему именно она?
А.  Л.: У государства была потребность делать оружие. Кроме того,  математика была как отдушина. Ею занимались люди, которым было противно в  других научных областях из-за идеологии. Только математика и физика  могли спрятать от марксизма-ленинизма. Поэтому и получилось, что  интеллектуальный потенциал страны постепенно искусственно смещался в  сторону технических наук. Гуманитарные науки в советское время вообще не  котировались. В результате Советский Союз развалился из-за неумения  работать с гуманитарными технологиями, что-то объяснять населению,  договариваться. Мы и сейчас видим, насколько чудовищно низок уровень  гуманитарной дискуссии в стране.
«Лента. ру»: Можно ли сказать, что имперское дореволюционное образование соответствовало международным нормам?
А.  Л.: Мы были интегрированы в мировую систему образования. Выпускницы  гимназии Софьи Фишер (основательница частной женской классической  гимназии) без экзаменов принимались в любой немецкий университет. У нас  было очень много учеников, которые учились в Швейцарии, Германии. При  этом они были далеко не самые состоятельные, иногда наоборот. Это еще и  фактор национального богатства. Если брать низшие слои населения,  уровень жизни в Императорской России немного превосходил английский,  немного уступал американскому и был вровень с европейским. Средние  зарплаты меньше, но жизнь здесь была дешевле.
«Лента. ру»: А сегодня?
А.  Л.: По уровню образования, по уровню знаний россияне  неконкурентоспособны в мире. Но «отставание» было и во время СССР.  Историк Сергей Владимирович Волков отмечает, что в отличие от других  стран советская элита обладала худшим образованием среди интеллигентных  слоев. Она уступала не только академическим кругам, но и любым, где было  нужно высшее образование. В отличие от Запада, где странами управляли  выпускники лучших университетов. А после распада СССР модель советского  всеобуча перестала иметь смысл. Если ученику не интересно, поскольку  предметы преподавались поверхностно и ради галочки – нужно какое-то  социальное давление, чтобы дети все же учились. В раннее советское время  сама обстановка в стране заставляла человека становиться лояльным  членом социума. А потом давление ослабло. Шкала требований поползла  вниз. Чтобы не иметь дела со второгодниками, учителям приходилось  заниматься чистым рисованием оценок, и дети могли совершенно спокойно  ничего не учить. То есть образование не гарантирует карьеры. В других  странах такого практически нет.

«Лента. ру»: У меня, как у мамы  четвероклассницы, складывается ощущение, что сегодня по сравнению с  советским периодом в школе вообще не учат. Ребенок приходит домой после  занятий – и начинается «вторая смена». Не просто домашнее задание  делаем, а изучаем материал, который вроде бы должны усвоить на уроке. У  знакомых та же картина. Неужели программа настолько усложнилась?
А.  Л.: Просто школа перешла от нормального обучения к контролирующему. В  1990-е гг. это был вынужденный шаг со стороны педагогического  сообщества. Тогда учителей оставили в полной нищете. И метод «не учить,  но спрашивать» для них стал единственным способом гарантированного  заработка. За репетиторскими услугами своего ученика отправляли к  коллеге. А тот соответственно поступал так же. Но когда в той же Москве  преподавательские зарплаты выросли, учителя уже не смогли и не захотели  избавиться от этой методики. По-видимому, вернуть их к прежним принципам  образования уже и не получится.
Я по опыту своего племянника вижу,  что его в школе ничему не учат и ничему не научили, но аккуратно про все  спрашивают. В школах распространено репетиторство с пятого класса, чего  не было в советской школе. Поэтому, когда проверяют школу и говорят:  результаты хорошие, то верить этому особо нельзя. У нас уже в принципе  нельзя вычленить школьную и репетиторскую работу.
«Лента. ру»: После  распада СССР в России едва ли не каждый год идут реформы по улучшению  образования. Неужели никаких положительных сдвигов не случилось?
А.  Л.: Копья ломались вокруг важных вопросов, но второго порядка. Система  проверки знаний очень важна. Но гораздо важнее – программа и набор  предметов для изучения. А мы сейчас думаем над тем, что ужесточение  экзаменов может улучшить обучение. Никоим образом. В результате у  сложного ЕГЭ есть только два пути: либо мы должны снизить планку, чтобы  практически все смогли получить аттестат. Либо экзамен просто  превратится в фикцию. То есть мы опять возвращаемся к концепции всеобуча  – чтобы исключительно все смогли получить среднее образование. А так ли  уж оно необходимо для всех? Среднее образование в полноценном объеме  способно освоить примерно 40 % населения. Ориентиром для меня служит  Императорская школа. Если мы хотим охватить «знаниями» всех – уровень  обучения, естественно, будет низким.
«Лента. ру»: Почему тогда в  мире необходимость всеобщего среднего образования не только не  подвергается сомнению, но даже появился новый тренд – всеобщее высшее  для всех?
А. Л.: Это уже издержки демократии. Если мы простые вещи  назовем высшим образованием – почему бы и нет? Можно дворника назвать  менеджером по клинингу, сделать его оператором сверхсложной метлы на  колесиках. Но скорее всего не будет разницы – проучится он где-то пять  лет или сразу на месте начнет учиться обращаться с пультом этой метлы.  Формально Институт стран Азии и Африки и Урюпинский сталелитейный  университет дают одни и те же права. И тот и другой предоставляют  корочки о высшем образовании. Но реально на некоторые работы одного  выпускника возьмут, а другого – нет.
«Лента. ру»: Родителям что делать, если они хотят нормально выучить ребенка? Куда бежать, какую школу искать?
А.  Л.: Нужно понять, что нет сейчас сегрегации школ по программам.  Сегрегация существует по тому, что в школе есть – бассейн или лошадь. У  нас есть 100 лучших школ, которые всегда на первых местах в  образовательных рейтингах. Сегодня они замещают собой отсутствующую  систему среднего образования, поскольку доказывают на олимпиадах свое  преимущество. Но нужно понимать, что учиться там непросто. Туда как раз  всех не берут. Я не думаю, что с сегодняшней образовательной системой в  России можно что-то сделать. Сегодня российское образование – это  больной, нуждающийся в очень тяжелой операции. Но на самом деле его  состояние столь фатально, что никаких вмешательств он просто не  перенесет."

(Фрагменты из книги доктора филологических наук Алексея Игоревича Любжина: "Сумерки всеобуча. Школа для всех и ни для кого.")


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened