graf_orlov33

Categories:

ДНЕВНИК эсера ФИЛАДЕЛЬФА ПАРШИНСКОГО


18 августа 1941 г. День  солнечный, многооблачный, но облака почти не заслоняют солнца. В 17 ч.  30 мин. +25 °С. Люся Распутина с твердой уверенностью заявляет, что  «наши» нарочно отдали немцам Николаев (на Буге) и Кривой Рог, чтобы  потом обратно отнять от них. Так проще было бы не  отдавать вовсе, а уж коли хотят вскоре обратно взять, то зачем было  взрывать Николаевские верфи? Нет, не нарочно, а в самом деле. Как у той  девочки вышло: «Мама! Это в самом деле или нарочно?» — и указала глазами  на тучную фигуру писателя Апухтина. Да, есть у нас много таких  политически зрелых... Надежда Кочерина давеча говорила, что «пионеров  разве заставишь покориться фашистам?» Я возразил: «Ну что вы, Надежда  Ивановна! Детей легко перевоспитать! Они как глина. Зиму походят в  фашистскую школу и такими будут фашистами, что только дела давай! Это  стариков трудно перевоспитывать». Она, конечно, не так глупа, чтобы  согласиться со мной, но сделала вид, что не согласна... лисичья  политика! Захарова, очевидно, боится прихода германцев в Архангельск.  Даже слезы у нее. Она 19 августа утром говорит: «Наши покинули Смелу».  Если Смелу, то возможно, что Киев еще в советских руках. Столь быстрое  продвижение германцев нельзя объяснить одним только военным  превосходством германской армии. Здесь играет, несомненно, роль  нежелание красноармейцев сражаться за «социализм» и за Сталина. Нужно  пользоваться случаем поколебать и свергнуть ненавистную власть Сталина и  его опричников из ВКП(б), НКВД, УГБ, а также НКЮ. У всех в сердцах  затаен лозунг: «Долой большевиков, долой колхозы, да здравствует право  частной собственности, да здравствует личная свобода, которую может дать  только капиталистический строй на началах парламентской демократии  (либерально-буржуазной демократии)!» Германского «нового порядка» они не  боятся, потому что он возник только как реакция против Коминтерна; в  конечном счете, германский национализм мало чем отличается от  национализма yankee, в общем, он дает возможность жить и пользоваться  произведениями рук своих, а в СССР сколько ни трудись — все идет в  бездонную бочку Социализма.
21 августа Рупор на углу Поморской  заклинает: «Не бывать этому, не ступит грязная нога коричневых извергов  на улицы города Ленина» — и к жителям Ревеля взывает: «Над вашим городом  нависла непосредственная опасность вторжения гитлеровских...» Значит, в  самом деле, я не ошибся, что Красная Армия в Эстонии окружена и  приперта к Финскому заливу.Днем 21 августа дождя не было, но с 16 часов  дождь обильный и затяжной.

22 августа. Утром все мокро от только  что бывшего дождя. «Наши войска оставили Гомель». Надежда говорит, что в  Ленинграде все поголовно вооружены. Если это правда, то прямая их  обязанность убежать с оружием в руках и, объединившись всем, выступить  против красных. В 9 часов утра +11 °С. Отсутствие в газете какого-либо  намека на воззвание к гражданам города Ревеля рядом с напечатанным  воззванием «Ко всем трудящимся города Ленина» убедило меня в недослышке:  ухо переврало «Ленина» на «Ревеля». Значит, наши не приперты к Финскому  заливу, значит, успели эвакуироваться через Нарву в Кингисепп, и  дальше... или окружены и взяты в плен.

23 августа. Утро  пасмурное, но по-летнему. В 7 часов +9 °С. Белого хлеба нигде нет вот  уже третий день. За «пшеничным» очереди очень большие. Придется купить  картошки и попробовать, авось же выйдет мне дешевле булочки. Нет,  дешевле булочек не выходит: за два кило картошки молодой уплатил 7 р. и  за 10 ватрушек черничных 5 р. 40 коп., причем за ватрушками пришлось  стоять в магазине № 4 Гастронома (хорошо, что не под дождем) полтора  часа. В 11 часов +12 °С, мелкий дождь.Так вот к чему привел нас  сталинский социализм: картошка и капуста — это роскошь! Это могут есть  только люди, хорошо обезпеченные! Всякая зелень вообще недоступно  дорога. Что же доступно? Один только черный хлеб! Но один черный хлеб —  это цинга! Петру Полиевктовичу на его вопрос «В ополчении состоишь?» —  ответил: «Нет». — «Ну а газеты читаешь?» — «Читаю ежедневно «Правду  Севера». Этим я дал ему понять, каково мыслю.

28 августа. До 16  ч. пасмурно, без дождя и ветра. 15 ч. +14 °С. С 25 августа я ем уже  пшеничный хлеб, так как белого уже нигде нет. Да и пшеничный-то достану  ли еще завтра, очереди за хлебом растут прогрессивно ускоренным темпом,  сегодня я у магазина № 70 простоял с 8 ч. 30 мин. до 11 ч. 15 мин.
29  августа. Радио утром: «Наши войска покинули Днепропетровск». Да, я не  ошибся: со стороны германцев перевес в механизмах и моторах, и чашка  весов на германской стороне опускается все ниже и ниже. «Митинг  еврейского народа в Москве 24 августа», — взволнованно и страстно  звучали речи ораторов. Они призывали евреев всего мира к священной  борьбе против фашистских... Выходит так, что я и тут прав: это война  Израиля с Германом. Так, но тут нужна оговорка: Израиль хорошо  замаскирован в этой борьбе парламентаризмом английским, республиканством  американским, социализмом французским и коммунизмом советским.  Предрассудки национальные англичан, и янки, и французов, и чехов, и  сербов и их шовинизм (шовинизм их не подлежит никакому сомнению) — это  ширмы, заслоняющие от англичан, янки, французов царство израильское,  сокрытое за этими ширмами.

Н.И. Богатырев вчера мобилизован. Окончательно ему явиться 1 сентября (машинист — водяным паром).
29  августа 1941 г. День для меня неудачный, хотя и пятница: в пединституте  из заочного сектора «ушли с полдня, оставили ключ и не придут больше». У  С. «все ушли». ... В трех очередях стоял (обсыхал) и, ничего не купив,  пришел домой. Очереди приняли уже хронический характер, как с января до  октября было в 1940 году. Если хлеб кончился, то не уходят, а стоят до  следующего привоза, стоят часами, дремлют (пожилые), шалят (дети),  шляются (все остальные) из очереди в очередь, авось, где поскорее. «Не  стойте, граждане, булочки увезли на пароход, а сегодня привезут, только  если что останется». Точь-в-точь как в 1940 году! Анастасия провожала  двух племянниц, мобилизованных на работы, которых погрузили на пароход в  числе прочих — всего 700 человек. «Нары построены в 4 этажа в трюме, и  все набито битком, и на палубе один на одном».

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Очень впечатлило высказывания Паршинского: "государство у нас богатое,  только народ в нищете..."...Как раз именно в этом и есть социализЬм —  госкапитализЬм, при котором граждане принадлежат государству со всеми  потрохами...И эти граждане не какие то крепостные. это рабы.

Читая безконечные дневники и мемуары, современников переживших всю эту  адскую Бойню Второй Мировой войны - не покидает мысль, насколько  хитроумно продумано было проведено уничтожение народонаселения Советской  сталинской России... Не "все для победы", а "все для максимальной убыли  населения"....

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened