graf_orlov33

Categories:

ИСТОРИЯ АФОНСКОГО ПОГРОМА Иером. Паисий

НЕБЕСНАЯ КАРА ИМЯБОРЦАМ. ЧУДО - ДОЖДЬ
Лето  1912 года на Афоне было очень жарким и сухим. От жары сгорали сады и  огороды. Игумен имяборец Иероним прилежно молился о ниспослании дождя,  ежедневно служил раннюю литургию в церкви Успения Божией Матери при  келье “молчальника”. Это в скитском саду вне обители.  Один из соборных певчих с правого клироса в угоду Иерониму ходил петь на  его служение. Настал торжественный праздник 5 июля - память преп. отца  нашего Афанасия Афонского. Торжество этого праздника отмечается всем  Афоном всенощным богослужением с 6-ти часов вечера до 5-ти часов утра.  Перед Всенощной в 4 часа совершается малая Вечерня, по окончании которой  вся братия из Собора идёт на вечернюю трапезу, а затем опять в Собор на  Всенощное бдение. Такой чин и устав во все великие праздники.
Пришли  в Собор два послушника певчие. Но так как до малой Вечерни оставалось  ещё полчаса, эти два приятеля между собой говорят: “Пойдём на северную  террасу собора подышим свежим воздухом и полюбуемся красотой гор“. С  южной террасы богаче вид, но там пекло солнце, а с северной тянуло  прохладой. Выход на террасу изнутри Собора, с хоров. При выходе на  террасу один из певчих сразу обратил внимание на Северо-Запад. Этот  певчий, по имени Николай, ходил петь на Иеронимовы литургии. И вот он  говорит своему приятелю: “Смотри, какая туча идёт!“ И прибавил: “Игумен  наш святой, умолил Бога, и вот, будет дождь”. А второй посмотрел на  тучу, которая из-за гор шла, клубясь, говорит Николаю: “О, брат Николай,  туча весьма грозная и нерадостная”. А Николай, в восторге от игуменовой  святости, отвечает: “Ничего грозного не будет, дождь пройдёт, освежит  воздух и напоит иссохшую землю”. Затем ещё немного полюбовавшись  красотой природы, оба певчие вернулись внутрь Собора петь малую Вечерню,  которая совершается обычно час. Вечерня закончилась. Туча подошла с  потрясающей грозой. Вся братия из Собора хотела до дождя пробежать в  трапезу. Главный трапезарь уже ударил в колокол, созывая на трапезу.  Братия во главе с игуменом Иеронимом столпилась в притворе Собора, в  одно мгновение хлынул такой ливень, что все попятились назад. “Святой”  игумен крестился, радуясь о силе своих молитв. Минут пять ливень лил  водяным столбом. Вдруг ливень мгновенно прекратился, а вместо него  ринулся густой град... У игумена в лице отразилось огорчение, он  восскорбел о том, что град может побить плоды маслин. Минут пять сыпал  густой град и снова начался ливень ещё сильнее прежнего. Через пять  минут ливень остановился и загремел град величиной с куриное яйцо. Все  удивились необыкновенной величине града. Через пять минут  опустошительный град прекратился, и вдруг полились небесные воды с такой  силой, что могли бы смыть все монастыри афонские в течение одного часа,  но он продолжался также минут пять. Затем остановился, и с неба  полетели ледяные глыбы, величиной с голову человеческую. Ударяясь о  землю, они как мяч подскакивали в высоту, и снова падали на землю. В  грохоте ледяного погрома зрители узрели небесную кару, и пришли в страх и  трепет. Игумен Иероним с испуганным лицом поник головой. Ледяные глыбы  тоже продолжались минут пять. Время приблизилось к началу Всенощного  бдения. Мы во главе с игуменом всем братством из соборного притвора по  ледяным горам пошли в трапезу, после которой должно начаться Всенощное  бдение. Последствия этой небесной кары принесли огромные повреждения и  большие убытки всему Афону. У нас в Андреевском скиту в соборе и в  корпусах были пробиты цинковые крыши. В большом новом корпусе  Иеронимовой трёхэтажной гостиницы, только что застеклённой, остались  только голые рамы; мельничные пруды и водопроводы были завалены  гранитными камнями, осколками мрамора, илом и вывороченными деревьями. У  ворот обители лежал труп убитого ослика одного рабочего болгарина,  который сам успел нырнуть и спастись под балдахином святых ворот, а  ослик от испуга заупрямился, не пошёл за хозяином и был убит ледяными  глыбами. В Иверском монастыре были перебиты крыши всего монастыря. Эта  Божья кара постигла Афон 4-го июля в пятом часу вечера вначале праздника  преп. Афанасия Афонского в 1912 году. А через год в 1913 году в те же  самые минуты праздника постигла иная кара, уже не Божья и не с небесных  высот, а из недр злых, богоборных сердец архиереев Земли Русской, по  своей жестокости превосходящая градобитную ледяную кару. Небесная  ледяная кара была только предзнаменованием того, что было попущено Богом  через год, в те же самые минуты этого великого праздника. Через три  недели после ледяной кары, в том же июле месяце, 27 числа, в память св.  Великомученика Пантелеимона, в его обительский праздник, в семь часов  утра, св. Гору Афонскую потрясло с такой страшной силой, что в  Пантелеймоновском монастыре, висевшие, перед иконами, лампады выпали на  пол. А на колокольнях того же монастыря и нашего Андреевского скита,  сами зазвонили колокола, раскачиваемые землетрясением. Но не раскачались  омраченные сатаной души богохульных еретиков, подобно  богоубийственному, Каиафиному жидовскому сонмищу, распявшему Христа. Как  те не пришли в покаянные чувства от знамений в час распятия Христа и по  воскресении, так и Афонские еретики имяборцы не содрогнулись от грозных  знамений гнева Божия. Эти кары Божии ясно понимались защитниками славы  Имени Божия, как вразумление и призыв к покаянию в грехе имяборческой  ереси.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Господь почти никогда не наказывает неожиданно и стремительно. Он всегда  долготерпит, и предупреждает. Порой Его терпение может простираться на  целый век...

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened