graf_orlov33

Category:

О. Антоний (Булатович). ЧУДЕСНОЕ ВРАЗУМЛЕНИЕ


ПРАВОТА ИСПОВЕДАНИЯ - “Имя Божие есть Сам Бог”
После  этого спора...все мирное некогда Братство пришло в волнение. Произошло  разделение всего двухтысячного братства обители св. Пантелеимона и его  скита “Новая Фиваида”. Одна часть явилась имяборческой стороной,  согласной с начальством обители, а другая, большая по числу, в защиту  благочестия, из среды которой во время суда над о.  иеродиаконом выступили пламенные ревнители защитники славы Имени Божия.  Двух из них этот монастырский суд немедленно изгнал из обители. Таково  было начало духовной брани (войны) за Имя Божие.
+ + +
Два  изгнанные инока пришли в нашу обитель в скит св. Апостола Андрея  Первозванного излить свою скорбь о. Антонию (Булатовичу), который был  известен между русскими во св. Горе Афонской своей высокой духовной  жизнью и происхождением...
Упомянутые два инока, изгнанные из обители  св. Пантелеимона, имея в виду высокий образ жизни о. Антония, пришли к  нему в надежде найти в нём подкрепление в своей скорби и сильного  сторонника всего братства, мужественно ставшего за истину, выраженную о.  Иларионом в книге “На Горах Кавказа”. О. Антоний принял их, выслушал их  рассказ и, к удивлению их, возмутился и высказал то же ошибочное  мнение, что и о. Алексей (Киреевский), с которого в обители начались  разделения. Он сказал им: «Вы заблуждаетесь, говорить: «имя Божие есть,  Сам Бог» нельзя, это ересь». И в пылу своей «ревности не по разуму»  высказал решимость письменно обличить самого о. Илариона. Монахи эти, не  ожидали от него таких слов и ушли от него ещё в большей скорби и  направились в Зографский болгарский монастырь к столетнему старцу,  подвижнику и чудотворцу. По уходе их, о. Антоний тотчас же написал о.  Иллариону письмо, обличая его за учение - Имя Божие, есть. Сам Бог, и  назвал это учение ересью. Запечатал письмо. Намеревался утром отнести в  канцелярию для отправки по назначению. Управившись с письмом, он в  чувствовал себя ревнителем благочестия. Стал на обычное своё молитвенное  правило. Нужно отметить, что по усердию и постоянному упражнению в  умной молитве, он уже имел некоторый успех - благодатное озарение  сердца. Это его радовало, и в уединении своем он весь предавался  молитвенному подвигу. Но в данный момент, после разговора с двумя  иноками, и после написания обличительного письма о. Иллариону, приступив  к молитвенному правилу, он нашёл себя мёртвым к молитве, ум пустым и  чуждым к восприятию обращения к Богу, а сердце жестким и окаменелым. Он  весьма удивился, что и язык как бы не повинуется словам молитвенным.  Обращается к иконам, а мрак ещё более обуревает его. Взял с аналоя  святое Евангелие, думая чтением его исправить свое помрачение, но св.  Евангелие как будто не для него. Растерявшись, пал пред иконами, воздел  руки, но впал в отчаяние - нет помощи ни от св. Евангелия, ни от  лобзания Животворящего креста и св. икон… Наконец, остановилось  вниманием на книге, которую подарил ему о. Иоанн Кронштадтский со  словами: “А это тебе в руководство”. Книга эта была всегдашней спутницей  и теперь лежала около св. Евангелия. Взял эту книгу, поцеловал её, и  раскрыл. Его взор мгновенно упал на слова о. Иоанна Кронштадтского: “Имя  Божие есть, Сам Бог”. Божественный ужас объял всё его существо. То, что  час тому назад, он озлословил и назвал ересью, чем огорчил двух  скорбящих иноков, хуже того - написал ещё и обличительное письмо о.  Илариону, за его “ересь”, - видит в книге, как истинное православное  учение о. Иоанна о этой Божественной истине, то есть, что действительно  Имя Божие есть, Сам Бог. Он зарыдал от боли и скорби сердечной: “О,  окаянный, куда я залез и в какую пропасть упал с своим кичливым  злоумием! Дорогой мой батюшка, всемирный молитвенник и высокий богослов  исповедует истину - Имя Божие, есть Сам Бог. А я, треокаянный, назвал  это ересью”. С подобными покаянными воплями он взял приготовленное  письмо о. Иллариону, изорвал его в клочья, бросил в камин и сжёг. В этот  момент весь мрак, его обуявший, как дым исчез, ум озарился Светом  Богоразумия, сердце наполнилось неизреченной духовной радостью, и  воссылал он славу и благодарение Богу, и дар молитвенный возвысился,  сравнительно с тем, какой был до этого времени. Итак, предсказанные  слова дорогого батюшки о. Иоанна: ”А это тебе в руководство” –  исполнились! Подаренная книга через много лет послужила о. Антонию  руководством в годину страшного испытания и соблазна, от которого начала  сотрясаться вся св. Гора Афонская. Это и есть “тонкий глас исходящий”, о  котором говорит преп. Нил Мироточивый, в своих предсмертных завещаниях.
Вразумившийся,  чудесным образом, о. Антоний с этого времени всего себя посвящает на  защиту славы Имени Божия. Уместным будет сообщить здесь и о втором  пророчестве о. Иоанна Кронштадтского. Отец Иоанн почил о Господе в 1908  году. За месяц и двадцать дней до смерти, в последнем письме от 1-го  октября 1908 г. о. Иоанн написал о. Антонию (Булатовичу) таинственное  предсказание: «Ты будешь моим письмоводителем», и такое пророчество:  “Афонским инокам венцы мученические”. Поразительно точно исполнилось и  это предсказание, ибо после чудесного вразумления книгой, подаренной о.  Иоанном, о. Антоний неутомимо стал писать в защиту исповедания в книге  о. Иоанна: “Имя Божие есть, Сам Бог, Имя Господа Иисуса Христа - сам  Господь Иисус Христос”. И, значит, самым делом стал письмоводителем  приснопамятного о. Иоанна с 1911 года. А венцами мученическими, с первых  же дней имяборческой ереси на Афоне стали венчаться иноки, мужественно  ставшие на защиту славы Имени Божия.

Зографский СТОЛЕТНИЙ СТАРЕЦ

Старец этот был известен во св. Горе  Афонской даром прозорливости и чудотворения, он воскресил мертвого,  строгий подвижник, с юных лет безвыездно проживавший в своём монастыре  Зографе, родом болгарин. К сему-то старцу и направились два  пантелеймоновских инока, изгнанники, огорчённые о. Антонием. Старец был  слеп от старости, когда же приблизились эти два монаха к его келии, то, к  удивлению его келейника, он встаёт со своего одра, и, став по  направлению к двери, как будто для встречи кого-то, произнёс: “О, какая  страшная и тонкая ересь началась”. И тотчас келейник слышит за дверью  обычную молитву Иисусову пришедших: “Молитвами святых отец наших,  Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас”. Келейник ответил: “Аминь”,  и открыл дверь. Вошли два русских инока, изгнанные из Пантелеймоновской  обители. Старец умилительно приветствовал их в плечи по афонскому  обычаю, приласкал, утешил и ублажил их словами: “Счастливые вы отцы,  мужественно ставшие на защиту славы Имени Божия”. Укрепившись беседою  чудного старца Божия, счастливые два инока скоро услышали о чудесном  вразумлении отца Антония и пришли к нему. Он упал им в ноги, прося  прощения, и каялся перед ними в своём безрассудстве, познав своё  ничтожество и невежество в таком высоком духовном вопросе. Эти два инока  находили себе приют больше всего в нашем, Андреевском скиту, часто  скитались на горе как бесприютные, но изредка заходили в свою обитель,  потому что большая половина братии, была благочестивой, чуждой ереси  имяборческой.

ВРАЗУМЛЕННЫЙ от. АНТОНИЙ
Труды о. Антония по защите славы Имени Божия

Вразумленный,  о. Антоний положил начало по защите славы Имени Божия ... Таким  образом, для пантелеймоновских монастырских начальников  диаволопоклонников наша обитель Андреевская явилась препятствием их  заговору против Имени Божия. А, так как эта брань поднялась  непосредственно действием того, который присидел жене Наталье и которому  поклонились пантелеймоновские начальники, то, уязвленный в голову  выступлением нашего Свято-Андреевского скита в защиту славы Имени Божия,  диавол нашёл себе новое орудие в Ильинском скиту, в лице схимонаха  Хрисанфа. Он тоже из учёных, в молодости студент Университета. Хрисанф  поселился в обитель не по призванию в монашество, а как тягчайший  государственный преступник, ловко ускользнувший от правосудия. Он  скрылся в далёком Афоне под маской смиренной монашеской схимы. Этот  притаившийся змий смолоду поживший много лет в скиту Святого Пророка  Илии, как Иуда Искариот в лике апостольском, льстиво применяясь к  истине, пописывал некоторые статеечки для журнала “Русский инок”,  который издавала Почаевская Лавра, под редакцией архиепископа Антония  Волынского (Храповицкого). Вследствие этого, он имел связь с этим  архиепископом, который среди русской иерархии пользовался авторитетом, а  в Синоде являлся рычагом и воротилой, имея себе сподручного архиеп.  Сергия Финляндского (Страгородского). Эту связь сатана употребил как  средство увлечь весь Русский Синод в богохульную ересь, возгоревшуюся на  Афоне в Пантелеймоновском монастыре следующим образом.

Выдержки из книги: "ВМЕНИХОМСЯ ЯКО ОВЦЫ ЗАКОЛЕНИЯ". История Афонской смуты
Составил афонский изгнанник иеромонах Паисий в 1958 - 1964 гг.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Защита имени Божия многими лицами духовного звания сопровождалась знамениями Божиими на протяжении всей ее истории.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened