graf_orlov33 (graf_orlov33) wrote,
graf_orlov33
graf_orlov33

Categories:

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЕ СИЛЫ НА РУССКОЙ ЗЕМЛЕ




Нерусские силы, участвовавшие на стороне Красных в захвате власти в Октябрьские дни и в удержании ее во время гражданской войны, можно условно разделить на три группы: военнопленные, национальные меньшинства и наемники.
Во время и после октябрьского переворота военнопленные по разным причинам были заинтересованы в поддержке советской власти. Они стали ее опорой, прикрытием, за которым большевики налаживали свой аппарат владычества, и, до некоторой степени, стержнем, вокруг которого, главным образом, в провинции, шло накопление советских военных сил.
Особенно много военнопленных было в Сибири. По словам Масарика (лето 1918 г.), чехословацкие легионеры были убеждены, что «воюют собственно против Германии и Австрии», «во всех сообщениях указывалось на участие немецких и венгерских полков в большевистских отрядах».
Пленные руководствовались, несомненно, различными побуждениями, в рассмотрение которых я здесь не могу входить. Не все они были преступниками, не все были и наемниками. Часть их действовала по приказам германского генерального штаба. Так С.П. Мельгунов считает правдоподобными упорные слухи о том, что при захвате власти в Москве Красную артиллерию обслуживали немцы. Отряды, в которые военнопленные были объединены, так и назывались Интернациональ- ными. Из их же среды наполнялись кадры ЧеКа.

После окончания первой Мировой войны пленные, не все, конечно, вернулись на родину, многие с целью произвести переворот и у себя. Венгерская Революция была подготовлена в России. Оставшиеся, а количество их было не малым, пополнили ряды наемников, если они еще не были на положении таковых.
С.П. Мельгунов, ссылаясь на советские источники, отмечает, что уже в декабре 1917 г. на делегатском собрании военнопленных присутствова ло 200 человек от 20.000 организованных Интернационалистов. В апреле 1918 г. в одном только московском округе их насчитывалось 60.000. А на первом съезде военнопленных присутствует 400 человек, представляющих формально 500.000. Конечно, не все они участвовали активно в защите и укреплении Советской власти, а только часть их, хотя и не малая, но уже одно наличие такой мощной организации, заинтересованной в сохранении большевистской Диктатуры, не могло не влиять на решения и действия тех, кто эту диктатуру пытался свергнуть.
«Краткая история гражданской войны в СССР» сообщает, что в Интернациональные формирования и соединения входили поляки, чехословаки, венгры, сербы, болгары, румыны, немцы, австрийцы, корейцы и китайцы.
Военные части из национальных меньшинств формировались по национальному же признаку. Наиболее крупными были формирования из украинцев, белорусов, латышей и эстонцев. В Советских и зарубежных источниках находим упоминания о полках и батальонах литовских, башкирских, татарских, мусульманских (очевидно сводных) и так далее.
Состав наемников был пестр. Сюда входили интернационалисты из военнопленных, китайцы, латыши и эстонцы. Это была основа корпуса наемников. Если можно и предположить, что в начале революции латышские стрелковые полки поддержали большевиков по идейным соображениям, то позже, особенно после неудачи с советизацией Прибалтики, эстонские и латышские формирования, пополнившиеся за время пребывания на родной земле, по логике событий, соскользнули на положение наемников.

Участие наемников в военных действиях на всех фронтах гражданской войны не исчерпывает их деятельность. Из наемников, главным образом, комплектовались карательные и заградительные отряды, которые усмиряли крестьянские и рабочие восстания и «подогревали с тыла пулеметами дух красных воинов», из них же набирались кадры чека.
«… вся администрация (чека ), - пишет член партии левых с.-р. Александра Измайлович, - почти сплошь латыши. Этот революционный когда-то народ теперь специализировался на отхожем промысле шпионства, тюремной охраны, провокации и палачества».

«Происходивший суд бросил яркий свет, - сообщает член той же партии Л. Вершинин, - на все ужасы, творимые в интернациональных наемных отрядах Красной армии…». «Особенно мне запомнился начальник Интернационального полка – мадьярский офицер – с красивым, тонким, бледным, почти восковым лицом. Мы несколько раз говорили с ним по-немецки, и он все удивлялся жестокости нашей Революции... на суде выяснилось, что в полку, которым командовал он, допускались при его потворстве и прямом участии такие невероятные жестокости, перед которыми бледнело многое из того, что принято называть ужасным». Иностранцы склонны, так же удивляться и приписывать жестокости и зверства гражданской войны специфическим чертам русского характера.
Каково было количество иностранцев, принявших участие в гражданской войне на стороне большевиков? Неоспоримые цифры мы имеем только для двух национальностей. К началу октябрьского переворота 40.000 латышских стрелков вынесли резолюцию о поддержке большевиков. К этому числу следует и прибавить несколько тысяч латышей, «занятых» в Чека. И количество их постоянно пополнялось. Бюллетень левых с.-р. отмечает «В Москву из Латвии в В.Ч.К. едут, как в Америку, на разживу». К лету 1918 г. на Красную сторону перешло 12.000 чехословаков. Мадьяров официально насчитывалось в действующих частях более 55 тыс. О численности остальных национальностей приходится догадываться по косвенным данным. Без сомнения, что немцев, китайцев, украинцев и эстонцев следует считать десятками тысяч. Вклад остальных национальностей меньше.
К лету 1918 г. большевики ввели воинскую повинность. К осени того же года переорганизация Красной армии была в общих чертах закончена. Была создана система мобилизации и воинского обучения. В армию начали вливаться новые пополнения, и она стала, быстро расти.

Но к лету 1918 г. Красная армия, комплектовавшаяся по добровольному признаку, насчитывала, включая и партизанские отряды, всего 450 тысяч человек. Н.А. Цуриков к началу 1919 г. для всех белых фронтов называет цифру в 225.000 бойцов. Одни лишь эти данные указывают на огромную роль отрядов военнопленных и наемников в гражданской войне. Значение этой роли увеличивалось и вынужденными боевыми качествами иностранных отрядов. Интернационалисты знали, что на пощаду им рассчитывать не приходится. Чехи, например, пленных вообще не брали, а расстреливали их, особенно если это были мадьяры. (Еще одно доказательство того, что жестокости гражданской войны являются результатом специфических черт русского характера). Таким образом, стойкость и преданность иностранцев, как военнопленных, так и наемников была большевикам обеспечена. И они это доказали неоднократно.
Для охраны Смольного, где разместились центральные органы партии и правительство, где находился и Ленин, был создан сводный батальон латышских стрелков.

Ленин не доверял революционному Петроградскому гарнизону. М. Вишняк передает свидетельство Троцкого: «Ленин настаивал и настоял на вызове в Петроград ко дню открытия Учредительного Собрания латышских стрелков, ибо «русский мужик может колебнуться в случае чего, - тут нужна пролетарская решимость». Роль латышских стрелков в день разгона Учредительного Собрания достаточно известна.

Восстание на Волге, организованное Савинковым и начатое 6 июля 1918 г., было подавлено при помощи интернациональных частей из мадьяр, австрийцев, немцев, латышей и китайцев. 428 участников восстания, сдавшихся в Ярославле сохранявшей нейтралитет «германской комиссии военнопленных», были переданы последней большевикам и расстреляны.

К подавлению этого восстания относится рассказ немецкого офицера о том, какими прекрасными точками прицела при артиллерийской стрельбе служили колокольни старинных церквей Ярославля и сколько их «удалось» сбить.

Одновременно началось восстание левых с.-р. в Москве. Несмотря на его неподготовленность, легкомыслие и внутреннюю слабость, большевики оказались неспособны, справиться с ним своими, т.е. русскими силами. Они справедливо сомневались в верности, преданности и послушании рабочих дружин и отрядов красной гвардии, находившихся в столицах. Вопреки официальной версии, восстание было подавлено латышскими стрелками полковника Вацетиса и интернационалистами Бэла Куна.

Даже «восстание» Муравьева было ликвидировано латышами, к которым этот командующий Восточным фронтом из левых с.-р. попал в плен.

7 августа 1918 г. белыми частями тогда еще полковника В. Каппеля была взята Казань. Троцкий, прибывший на Восточный фронт в Свияжек, описывает полное разложение красных войск. Даже свежие, не бывшие еще в деле пополнения уже при разгрузке заражались чувством безнадежности и теряли боевой дух. «Вся моя сволочь разбегается», - ответил на требование о помощи одного из своих коллег будущий маршал Тухачевский.

Боеспособность сохранили, пожалуй, только черноморские и балтийские матросы Волжской военной флотилии под командой матроса Маркина и мичмана Раскольникова. Фронт же держали полки латышских стрелков, и под их прикрытием Троцкий принялся за спешную реорганизацию, укрепление и поднятие революционной сознательности грозившего разбежаться войска.

Главком Восточного фронта остался тот же Вацетис, уже отличившийся при подавлении восстания левых с.-р. Командующими двух армий на пяти, действовавших на фронте, были поставлены латыши: 3-ей – Берзин, 5-ой, находившейся на самом ответственном участке фронта, против Казани, - Славен. Политкомиссаром при Тухачевском, стоявшем во главе 1-ой армии, оказался тоже латыш – Калнин.

Так разрешен был ряд кризисов одного из самых опасных периодов существования большевистской власти. Поддержка и спасение были принесены нерусскими силами.

Следует упомянуть о том, что Туркестан был захвачен большевиками при содействии военнопленных немцев и мадьяр, в большом количестве поселенных там. Что в неудачной попытке советизации Прибалтики далеко не последнюю роль играли военные формирования из прибалтийцев же, причем большевикам удалось поднять восстания в тылу своих противников. Что и Белоруссия, и Украина были заняты для большевиков главным образом белорусскими и украинскими частями.

Осенью 1919 г. части Белой Армии заняли Орел и подходили к Туле. Для отпора им была создана ударная группа в составе Латышской стрелковой дивизии, бригады Червонных казаков и бригады Павлова. Уполномоченным Реввоенсовета при ударной группе был Орджоникидзе. Рядом с ударной группой выступала Эстонская дивизия, один из полков которой одновременно брал Курск. В приказе командующего Южным фронтом от 28 октября 1919 г. говорилось: «За стойкость и мужество, проявленные бойцами и командным составом латдивизии и бригады Червонного казачества в жестоких боях за Орел и Кромы, объявляем братскую благодарность… Егоров, Сталин».

Так, опять, в критический для своего существования момент, большеви- стская власть получила спасение из не-русских рук.
Высокая, почетная и ответственная миссия – очистить Крым после оставления его Белой Армией была поручена Бэла Куну и его испытанным сотрудникам. Зверски истреблены были многие десятки тысяч.
Как ни велики были заслуги интернационалистов, военнопленных и наемников, перед большевистской властью на внешних фронтах гражданской войны, их заслуги на внутренних фронтах были, пожалуй, еще больше. Упоминаниями о них, как карательных и заградительных («заграбительных») отрядах, как чекистах и палачах, пестрят страницы всех воспоминаний, всех исторических работ о гражданской войне, советских и эмигрантских. Сильные и сплоченные благодаря своей инородности и ненависти к ним населения, спаянные одной судьбой с советской властью, падение которой означало для них возмездие и бесславный конец, они являли собой грозную силу, готовую на все, и удельный вес ее в ходе русской революции трудно преувеличить.

Ю. Сречинский. Фото Владимир Ульянов (ЛЕНИН) и Красная Гвардия, Москва, 1919 год. Наградной знак командиров Юго-Восточного фронта Красной Армии в 1918-1920 гг.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments