graf_orlov33 (graf_orlov33) wrote,
graf_orlov33
graf_orlov33

Categories:

АРХИЕП. АВЕРКИЙ ЦЕРКОВЬ И ПОЛИТИКА



В последнее время все чаще и чаще поднимаются разговоры о недопустимости вмешательства Церкви в политическую жизнь, о несовместимости Церкви и политики, причем некоторыми даже идейными врагами большевизма нередко высказывается мысль о том, что неуместно для нашей Русской Церкви за рубежом выступать против богоборческой Советской власти, ибо это, мол, политика, роняющая высокое достоинство Церкви, а Церковь должна быть «выше политики». Находятся лица, которыя даже проповеди наших священос лужителей, выносящия осуждение безбожному Коммунизму, называют «политическими» и открыто критикуют их, будучи в тоже время сами анти - большевиками, по своим убеждениям.

В подобнаго рода разсуждениях кроется явное недоразумение, а разсуждающие так обнаруживают только свое недомыслие, а вместе с тем и непонимание истинных целей и задач Христовой Церкви на земле. Придерживающияся подобнаго образа мыслей отрывают Церковь от реальной жизни, они, быть может, и сами того не замечая, хотят лишить Церковь права ... ВЛИЯТЬ НА ЗЕМНУЮ ЖИЗНЬ ЛЮДЕЙ.
Предосудительна ведь не политика сама по себе, а нехристианское и иногда даже противохристианское настроение современных людей, занимающихся политикой,— предосудительно то грязное «политиканст во», которым занимается теперь большинство так наз. «политических деятелей», отвергших всякие религиозно-нравственные принципы в общественной и государственной жизни людей и объявивших религию «частным делом» каждаго человека. С точки зрения этих политических, деятелей, Господу Богу и Церкви нет места в политической жизни людей: поэтому Господь Бог и Церковь из их «деятельности» изгнаны.

Но значить ли это, что Господу Богу действительно нет, дела до политической жизни людей и что Церковь должна равнодушно смотреть, как эта политическая жизнь развивается, по какому бы пути ни шло это развитие, — быть «вне политики»?

Конечно, нет!
Церковь должна быть выше безпринципнаго политиканства, но никак не «вне политики»; Заставить Церковь быть «вне политики» хотят те безрелигиозные и безнравственные политические деятели, которые желают всецело захватить в свои грязныя руки безконтрольное руководство общественной и государственной жизнью людей и лишить Церковь возможности благотворно влиять на эту жизнь, преображая ее в евангельском духе.
Может ли Церковь на это согласиться и полностью уступить, руководст во жизнью людей этим безпринципным, политиканам-безбожникам?
Никогда,— ибо это значило бы что Церковь сделалась «солью обуяв- шей», негодной ни к чему, не исполняющей своего высокаго предназна- чения, возложеннаго на нее самим Христом Спасителем (Матф. V. 13-16). Церковь не должна заниматься политической деятельностью, ибо это не ея сфера, но она не может и не смеет быть «вне политики», ибо отстранение ея от влияния на общественную и политическую жизнь людей было бы, с ея стороны, изменой ея Божественнному Основателю, забвением заветов Его.
Вновь считаем необходимым подчеркнуть: Нельзя отождествлять разумную честную христианскую политику и грязное безбожное безнравственное политиканство.

Но возможна ли вообще разумная честная христианская политика, спросят некоторые: Она не только возможна, но уже и имела место в истории, пока политические деятели еще были христианами и пока Церковь не была «вне политики», а влияла на эту политику и даже нередко, по временам, брала на себя высшее руководство этой политикой, не вмешиваясь в политическия дрязги, т.е. в это самое предосудительное «политиканство», а стоя выше их, и с высоты евангельскаго учения расценивая происходящия события в общественной и политической жизни людей.

Так было у нас некогда на Святой Руси в течение целаго ряда столетий и нельзя не отметить, что принципы этой разумной честной христианской политики отчасти про существовали у нас в лице наших Государей и некототорых государственных деятелей до самаго последняго времени — до революции. Кто добросовестно изучает русскую историю, тот не может отрицать наличия у нас в прошлом такой именно политики, в которой самое деятельное самое ближайшее участие принимала наша русская Церковь в лице своих Первосвятите лей, Святителей, пастырей и даже, казалось бы, совершенно отрешившихся от всякой земной жизни иноков. Просмотрев хотя бы даже только беглым взором все эти многочисленные случаи «вмешательства» нашей русской Церкви в политику, мы ясно увидим, что не политика — грех, а безбожие и безнравственность в политике грех, а потому — грех, и притом весьма тяжкий, отстранение Церкви от врачевания этих духовных язв общественной и политической жизни людей.

В самом деле. Обратимся за подтверждением наших мыслей к нашей Отечественной истории, вспомним хотя бы только некоторые замечательные в этом отношении факты, и тогда увидим, что никогда в прошлом нашей великой родины русская Церковь не отстраняла себя от общественной и политической жизни Русскаго Народа, под предлогом лукаваго, измышленнаго безбожниками лозунга: «Церковь должна быть вне политики».

Так уже о первом нашем князе-христианине с равноапостольном Владимире известно, что о важных государственных делах он советовался с «своими духовными отцами — епископами» и без совета с ними ничего не творил, не решаясь даже казнить злодеев.
По отношению к великому князю и князьям удельным митрополит всея Руси был учителем веры и благочестия. Он не вступался в дела гражданския сам по cебе, не выдавал себя за судью князей, как это было на западе, но сами князья при взаимных распрях предавали себя разсуждению митрополита, выслушивали его, как дети отца. В бедственныя времена междоусобий митрополиты были хранителями Земли Русской; кроткие, как Ангелы, они с любовью евангельскою старались прекращать кровавые раздоры князей; отправлялись сами или отправляли епископов на места раздора; усмиряли дикия страсти людcкия словом евангельским. Так митроп. Николай уговорил Мономаха помириться с Святополком; при посредстве митрополита Вячеслав помирился с Всеволодом. Когда Юрий Долгорукий хотел выдать Ярославу Галичскому двоюроднаго брата его, митрополит говорил Юрию: «грех тебе, целовав крест, держать его в такой нужде, а ты еще хочешь выдать его на убийство». И Юрий послушался. «Князь! Мы Богом поставлены в Русской Земле, чтобы удерживать вас от кровопролития», говорил митрополит князю Рюрику, и указав ему средство предотвратить войну с вел. князем Всеволодом. Воскр. летопись (1, 240) говорит о Мономахе; «святительский чин чтяще и не ослушаясь его (митрополита) аки отца». Таже Летопись говорит о Ярославе (2, 190): «Митрополит же много глаголате к Ярославу о миру... от Божественных Писаний сказа ему и поучая его от евангелия... Он же послуша отца своего митрополита»...

В важных случаях митрополиты давали советы князьям на пользу государства, но не отменяли сами собой ни одного постановления гражданскаго, не вводила ни одного правила мирского, как это было на западе («История Русской Церкви» Архиепископа Филарета — стр.114—115). Как провозвестники христианской совести и мудрости, епископы призываемы были на совещания народныя, и князья не решались на важныя предприятия без их благословения. Благочестивою волею самих князей ведению пастырей были предоставлены: 1) «все люди церковные», со включением богоугодных заведений; 2) все преступления мирян против веры и церковнаго благочиния, со включением святотатства; 3) все дела, относящияся к брачному союзу и правам родителей, со включением споров о наследстве; 4) наблюдение за верностью торгов, весов и мер...
Отсюда мы видим, что, избежав искушения погони за светской властью в государстве, на чем поползнулся на Западе папский Рим, иеpapxи русской Церкви, никогда не оставляли без внимания общественной и политической жизни русских людей уже в самый ранний период русской истории, но были фактическими ея руководителями.

Особенную силу и значение имел в этот ранний период, как известно, новгородский владыка-архиепископ, принимавший там особенно близкое участие в делах гражданскаго управления и мужественно прекращавший в облачении с крестом в руках возникавшия там междоуcoбия.

В те времена все верующие pyccкиe люди отлично понимали, как важно и необходимо «вмешательство Церкви в политику» и никому в голову не приходила мысль, что «религия есть частное дело каждаго человека» и что «Церковь должна быть вне политики».

То же мы видим и в дальнейшем течении нашей Русской Истории, причем «в политику вмешивались» великие Угодники Божии, причисленные Церковью русскою к лику Святых и пользовавшиеся всегда великим почитанием Русскаго Народа, как «печальники за землю Русскую».
Таковы были «Первопрестсльницы Росийстии, истинныи хранителие Апостольских Преданий, столпи непоколебимии, Православия наставницы», как славит их наша Церковь, великие московские святители митрополиты Петр, Алексий, Иона и Филипп, «всея России чудотворцы», — подлинная краса и похвала нашей Российской Церкви, долженствующие всегда быть, вне всякаго сомнения, примером благоговейнаго подражания для всех наших высших церковных Иерархов.
-- Чем ж так прославились эти великие Святители и какова была их деятельность?
Они заслужили себе столь великую похвалу и почитание всего русскаго православнаго народа ни чем как именно такого рода деятельностью, которую на современном языке врагов вмешательства Церкви в политику нельзя назвать иначе, как только «политическою».
Провидя духом будущее Москвы, Митрополит Петр из Владимира, потерявшаго значение великокняжескаго города, переселился не в Тверь, князь, которой получил ярлык на великое княжение, а в маленький и незначительный тогда городок Москву (1325 г.). Здесь он стал убеждать князя Иоанна Даниловича Калиту воздвигнуть храм в честь Богоматери, причем изрек замечательное пророчество о будущем величии Москвы: «Если послушаешь меня, сын мой», говорилъ он князю: «то и сам прославишься с родом твоим паче иных князей, град твой славен будет перед всеми городами русскими, и Святители поживут в нем; руки его взыдут на плещи врагов наших, и прославится Бог наш» (Степ. кн. 1, 419 и житие св. Петра под 21 декабря). Иоанн Калита исполнил желание Святителя, заложил храм в честь Пречистой Матери Божией — будущей величественный Успенский Собор, — и пророчество сбылось: вскоре после кончины св. Петра Иоанн Калита сделался великим князем, Москва с тех пор стала быстро возвышаться и сделалась столицей могущественнаго Русскаго Государства. В летописях того времени мы не видим почти ни одного раздора князей, ни одного порыва властолюбия, которых не старался бы усмирить митрополит или сам, или через кого-либо из епископов. «Сын мой»» говорил, напр. святитель Петр брянскому князю: «поделись княжеством с Василием или оставь город и не вступай в бой» (Воскр.— 275). Князь Димитрий Михайлович Тверской хотел завладеть владимирским великим княжеством, «и не благослови его митрополит (св. Петр) столом во Владимиpe (там же)».

---------------------------------------

Патр. Тихон устранился/отказался поддерживать Белые Армии, Монархию, и Зарубежную Церковь под предлогом церковной нейтральности и аполитичности... Церковь, - говорит - не Белая и не Красная, она вне политики и может жить при любой власти...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments