May 21st, 2021

ГРАФ ОРЛОВ

Выдержки из частной переписки

Станислав Лем,

Всё то, что  следовало бы сказать о советах, уже много раз красочно и подробно  рассказано, написано и опубликовано. Здесь я, естественно, читаю книги,  которых не могу заполучить в Польше , в т.ч. частные воспоминания  немцев, по которым прокатилась лавина Красной Армии в 1945 – когда  Гитлер потерпел поражение. Преимущественно, это мемуары  из Померании. Среди них были заметки одного врача, графа, человека  верующего, который пережил этот ад и видел всё, на что способны советские,  сформированные той уродливой коммунистической системой. И эти воспоминания были для меня  формулировками моих собственных мыслей и суждений, которые я к тому  времени на бумаге ещё не зафиксировал. Хотя я не видел ничего из того,  что видел он.

Collapse )
ГРАФ ОРЛОВ

Святитель Димитрий Ростовский


Рассуждение второе. Врачевство на случай отчаяния

Что  такое грехи мои против милосердия Твоего, Господи? Это паутина против  великого ветра, это малое болото против великой реки, это тьма против  всесветлого солнца!
 

Повеет сильный ветер и прорвет паутину. Потечет река и смоет болото. Засияет солнце и прогонит тьму.
 

Подобно  тому и Твое превеликое милосердие, Боже, растерзывает грехи мои, как  ветер паутину, омывает беззакония мои, как река болото, просвещает меня,  как солнце тьму, и прогоняет все мои злые дела, слова и мысли. Десница  Твоя меня возвращающегося принимает отеческим объятием, как блудного  сына.
 

Итак, почему же я сомневаюсь? Не усомнюсь я в благости  Твоей, не отчаюсь, Господь мой, в милости Твоей, не отчаюсь никогда! Из  того я знаю Тебя, Бога всесильного и крепкого, что грехи мои и всего  мира не преодолеют милосердия Твоего. Если бы они преодолели, то Ты не  был бы Бог крепкий и сильный.

ГРАФ ОРЛОВ

РАССКАЗЫ О КОНЦЛАГЕРНОЙ ЖИЗНИ

ЛЕВ КОНСОН 


Из  газет я узнал, что объявлен конкурс на лучший рассказ, посвященный  славному 60-тилетию органов государственной безопасности. Этой-то  славной дате я и посвящаю свой рассказ. Прошу уважаемое жюри обратить  внимание на то, что рукою автору управляла не столько корысть (деньги,  правда, позарез нужны), сколько чувство глубокой признательности к  органам КГБ.
 

Неисповедимы пути Господни, и моей  убогой голове не понять, зачем понадобилось нашей славной разведке  красть из Западного Берлина участника французского Сопротивления, еврея  по национальности, журналиста Гевюрца и зачем понадобилось нашей не  менее славной прокуратуре (интересно, а будет конкурс, посвященный  прокуратуре?) осудить французского подданного на длительный срок  заключения в сибирские лагеря… за сионизм.
 

Короче, Гевюрц нашел  меня в бараке. Волнуясь, на ломаном русском языке он сказал, что в  бригаде его жидом обзывают, что вчера бригадир лопатой ударил, а когда  он пожаловался оперуполномоченному, то все отшатнулись от него.  Пожалуйста, скажите, как быть? Что дальше делать? Я сказал: «Не ломайте  себе голову, Гевюрц, и если кто-либо вас опять ударит или оскорбит, то  ради Бога никому не жалуйтесь. Бейте, Гевюрц. Кулаком бейте, бейте  камнем, лопатой. Бейте всем, что под руку попадет, но бейте  обязательно».
 

Через пару дней исцарапанный и счастливый Гевюрц нашел меня в бараке.
Если на Страшном Суде Господь укажет мне на мои прегрешения, я тогда расскажу ему о Гевюрце.
 

ЗАСЕРЯ
 

Collapse )