graf_orlov33 (graf_orlov33) wrote,
graf_orlov33
graf_orlov33

Category:

ОТНОШЕНИЕ К «СИОНСКИМ ПРОТОКОЛАМ» ЗА ГРАНИЦЕЙ

КНЯЗЬ Н. Д. ЖЕВАХОВ

РОЛЬ ГЕРМАНИИ. МАКС ФОН ШЕЙБНЕР-РИХТЕР И ФЕЛЬДМАРШАЛ ЛЮДЕНДОРФ
Германия в этот момент жестоко страдала под Игом поработившей ее еврейской власти и вела борьбу на два фронта, казавшуюся столько же безцельной, сколько и безнадежной. С одной стороны, пред нею стояли неимоверно тяжкие обязательства по отношению к своему собственному народу, обездоленному и изнуренному войной, с другой стороны — еще более тяжкие и абсолютно невыполнимые обязательства пред победителями, наложенные на нее Версальским Договором. Прибыв в Берлин 8/21 января 1921 года, где я был в последний раз в 1913 году, то есть за восемь лет перед тем, я не узнал города: до того изменилась и внешность и внутренний облик столицы. Улицы были запущены и грязны, чуть ли не на каждом перекрестке сидели безногие и безрукие инвалиды, жертвы ужасной войны, просившие милостыни. Особенно много было слепых; на груди у них висели надписи на дощечках с обозначением их подвигов и с просьбою помочь несчастным. Такого рода картины в Берлине, где до войны не существовало вовсе нищих, где чистота улиц была доведена до комизма, где немцы, повторяя слова императора Вильгельма, называли Берлин самым красивым городом в мiре, — чрезвычайно угнетали немцев, безуспешно боровшихся с роковыми последствиями войны и падавших от изнеможения и усталости, однако же, крепко спаянных внутренней дисциплиной и не терявших веры в лучшее будущее.
Кто бы мог подумать, что эти печальные картины отражали собою лишь естественный процесс гниения, за которым последовал процесс возрождения духа Нации на новых началах, отвечавших здоровым требованиями немецкой натуры?! Еще труднее было бы предположить, что толчком к такому возрождению явилась та самая Россия, с которою Германия воевала с таким азартом, безсознательно выполняя директивы своего злейшего врага — Мирового еврейства.
С внешней стороны положение Германии, раздавленной Версальским договором, связавшим ее абсолютно невыполнимыми обязательствами, казалось совершенно безнадежным, исключавшим даже возможность возрождения в будущем. Этот договор вовсе не был обычным политическим договором, где те или иные обязательства связывались с фактической возможностью их выполнения. Версальский договор просто сковал Германию по рукам и ногам и временно выводил ее из строя на заранее намеченный еврейством срок с тем, чтобы, вновь усилив ее, использовать затем для новых Международных КОМБИНАЦИЙ, о которых будет сказано ниже. В этом отношении участь Германии отличалась от участи России. Последняя осуждена была на умирание и должна была превратиться в пустыню........... тогда как Германия обрекалась лишь на временное прозябание, хотя и чрезвычайно болезненное..........
Условия, созданные этим Договором, превратили каждого немца в вынужденного каторжника, обязанного работать до изнеможения, до потери сознания, и притом работать не для себя и своей семьи или родины, а для своих врагов, с которыми он еще так недавно дрался на поле брани. Широкие массы населения ведь не отдают себе отчета в том, что за спиною врагов на поле брани всегда стоит еврей, который вызывает войну, но сам никогда не воюет, и что каждая война нужна не воюющим сторонам, а еврею, заинтересованному столько же в коммерческих выгодах от войны, сколько и в истреблении ненавистных ему Христиан. И немец также ненавидел француза, как француз итальянца, и итальянец серба. Однако же немец не падал духом. Хотя и со скрежетом зубовным, но он продолжал работать в невыразимо тяжких условиях Версальского Договора, не покладая рук во славу будущей Германии, с верой и надеждою на ее конечную победу над врагами...
Трудно сказать, как бы развернулись дальнейшие события в Германии, если бы в конце 1918 года в Берлин не попал один экземпляр книги Нилуса «Сионские протоколы», которому суждено было изменить характер и направление этих событий. Уже к началу 1919 года «Сионские протоколы» были переведены на немецкий язык, а к моменту моего приезда в Берлин, в январе 1921 года, успели уже выдержать, если не ошибаюсь, шесть изданий, разойдясь в количестве 25 тысяч экземпляров и проникая за границу.
Германия всегда была не только страною глубокой мысли, но и страною дела. В то время когда другие народы на разные лады обсуждали вопрос о подлинности или подложности «Протоколов», СООБРАЗУЯСЬ С ГОЛОСОМ еврейской печати или с суждениями ЛЕВОЙ русской эмиграции и не считаясь с утверждениями ПРАВОЙ, Германия добросовестно изучала «Протоколы» параллельно с содержанием декретов Советской власти и, установив их тождество, отнеслась к книге С.А. Нилуса с тем уважением, какого эта послед- няя заслуживала. Не будет преувеличением сказать, что именно «Протоколы» создали то новое, здоровое движение мысли, какое, опираясь на предшествовавшие гениальные или глубокомысленные и тщательные труды германских теологов Юлиуса Вельгаузена, Карла Будде, Иоганна Мейнгольда, Германа Гункеля, Гуго Грезмана, Ганса Шмидта, Макса Халлера, Пауля Фольца, Буля, Дума и многих других, спасло Германию от еврейского засилья и оздоровило нравственную атмосферу зараженной еврейским ядом великой страны.
Русские, таким образом, оказали, несомненно, крупную услугу немцам в деле пробуждения их национального правосознания, и неудивительно, что на этой почве между ними возникли тесное единение и дружная совместная работа. Заслуга же немцев заключалась в том, что они отнеслись к русским не как к «беженцам», требовавшим материальной помощи, а как к подлинным культуртрегерам и ВОСПРИНИМАЛИ их рассказы о зверствах большевизма и ЗАВОЕВАНИЯХ еврейства в России, как угрозу их собственному бытию, как великую мировую опасность, грозившую всему Христианству, Цивилизации и Культуре. Немцы поняли, что у них нет выбора, что нужно или погибать под тяжестью Версальского Договора, или со смелостью отчаяния вступить в единоборство с виновником их страданий, Международным Еврейством, что никакие компромиссы невозможны, и что такую борьбу нужно начать немедленно.
Насколько широко распространялись повсеместно в Германии «Сионские протоколы», видно из того, что чуть ли не каждый месяц требовалось новое издание их, и в течение дня книга раскупалась нарасхват. Бывали дни, говорил мне заведывающий магазином, что новое издание, привезенное в количестве нескольких тысяч экземпляров, раскупалось в тот же день, и магазин вынуждался делать типографии новые заказы. Книги серьезного научного содержания, разоблачавшие еврейство, его историю и идеалы, популярные народные издания, показывающие рядом наглядных цифр роль еврейства в жизни Христианских народов и, в частности, раскрывающие истинную ПРИРОДУ «большевизма», брошюры для даровой раздачи, альбомы с иллюстрациями большевицких зверств и портретами вождей большевизма, сплошь состоящих из евреев — словом, все, что требовалось для самой полной и обстоятельной информации по еврейскому вопросу, было сосредоточено с большим знанием и умением в этом замечательном магазине...
Я не знал, чему удивляться, — гению ли создателей этого центра объединения антисемитов или тому отклику, какой нашла идея борьбы с еврейством в самой толще германского народа.
Какими жалкими и ничтожными казались мне из этого центра на Mauerstrasse люди Европы, проклинавшие тот хаос, в котором они очутились, и благословлявшие евреев, которые его создали!
Магазин был переполнен с утра до вечера и являл собою подобие клуба, с тем различием, что сюда сходились не для игры в карты или шахматы, не для болтовни и праздного времяпрепровождения, а для великого дела огромного мирового значения — дела идейного разоблачения еврейства и его преступных задач, угрожавших самому бытию Христианства.
Мой приезд в Берлин в этот момент не мог пройти незамеченным для немцев, и я, как лично знавший С. Нилуса и ведший с ним переписку, неожиданно очутился в самом центре этого бурного, здорового национального движения, смягчившего у меня горечь сознания той печальной роли, какую сыграла Германия в отношении России в роковую для обеих стран войну. Общение же с выдающимися представителями этого движения: графом Эрнестом Ревентловым, Людвигом Мюллер фон Гаузеном, Макс фон Шейбнер-Рихтером, А. Шикеданцом и многими другими, видевшими в деле идейного разоблачения еврейства не только немецкое национальное дело, а Святое дело защиты Христианства от угрожающей ему опасности, еще более расположило меня к этому Движению, заставило меня с чувством глубочайшего уважения преклониться пред этими самоотверженными идейными работниками, смело и безбоязненно выступавшими в защиту попираемого иудеями достояния Христова, и притом в один из самых тяжких моментов жизни их родины.
Работая совместно с русскими монархическими кругами, М. Шейбнер-Рихтер много содействовал созыву первого монархического съезда в Рейхенгалле …....
Само собою разумеется, что III Интернационал совершенно не выносил своего крупного врага и... 9 ноября 1923 года этот замечательный человек был убит шальной пулею в Мюнхене, при обстоятельствах оставшихся невыясненными. В номере «Aufbau», вышедшем в день смерти М. Шейбнер-Рихтера, 9 ноября, помещена прекрасная его статья, которая рисует нам его дивный облик, его государственное понимание, проникавшее все глубже в толщу того народного течения, каковое увенчалось блестящим успехом и очистило Германию от еврейского засилья.
«Когда я три года тому назад решил издавать «Aufbau», — говорит М. Шейбнер-Рихтер, — то я это сделал, исходя из убеждения в необходимости разъяснения всего того, что происходит в великом соседнем государстве, России, с тех пор как III Интернационал и его еврейские доверители имеют власть в руках И ИЗ НИХ составляется «русское» Советское Правительство. Как и тогда, я и до сих пор убежден, что вина за все то несчастье, которое постигло Германию и всю Европу, посредственно и непосредственно лежит как на «Золотом», так и на Марксистском Интернационале и что германская Революция 9 ноября была подготовлена этими двумя Интернационалами и, в конце концов, инсценирована уполномоченными Советского Правительства, Иоффе и Собельзоном-Радеком, с помощью их еврейских товарищей в Германии...
Мои берлинские друзья считали необходимым мое знакомство с М. Шейбнер-Рихтером и его сподвижниками, и когда 3/16 января 1922 года я прибыл в Мюнхен, то М. Шейбнер-Рихтер первый встретил меня и ввел в курс своей гигантской работы, поразив меня своими достижениями. До победы над еврейством тогда было еще далеко, но в том, что она будет одержана, — не было ни малейших сомнений. Об этом свидетельствовали не только реальные достижения, какие выражались в отсутствии разногласия во взглядах на еврейский вопрос, но и то яркое и отчетливое сознание Христианской Правды, какое связывало всех работников в страстном и единодушном стремлении защищать ее от еврейской лжи.
++ ++ ++ ++
ФЕЛЬДМАРШАЛ Э. ЛЮДЕНДОРФ
Кажется, фельдмаршал Людендорф занимал тогда, хотя и негласно, чуть ли не центральное место в этой борьбе с еврейством и тайно руководил ею, ибо был вынужден даже вести конспиративный образ жизни и скрываться от следивших за каждым его шагом еврейских агентов. Он жил тогда в окрестностях Мюнхена, и М.Ф. Шейбнер-Рихтер настаивал на моем знакомстве с ним. На другой день вечером мы отправились к фельдмаршалу.
Не скажу, чтобы я предвкушал радость свидания с человеком, сыгравшим такую роковую роль в минувшую войну, пославшим в Россию запломбированный вагон с большевиками и давшим им огромные суммы денег на устройство Революции, с человеком, который, сам того не сознавая, являлся слепым орудием международного еврейства, выполнявшим директивы последнего. И много горьких истин высказал я Людендорфу, указав в заключение на пословицу «Кто роет другому яму, тот сам упадет в нее»...
«Увы, это так, — ответил Людендорф, — но лучше прозреть поздно, чем никогда... Неужели вы думаете, — обратился он ко мне оживленно,— что Германия, пропуская чрез свою территорию запломбированный вагон с ленинскими большевиками, искренно желала гибели России или захвата Украины?! Она желала только мира, того мира, какого Россия не хотела давать, считая себя связанной обязательствами с союзниками... А этот мир был нужен нам до зарезу... Германия была истощена и не могла продолжать войны. Мы ТРИ РАЗА обращались к вам с мирными предложениями, мы соглашались на САМЫЕ тяжкие условия, ибо сознавали, что вопрос шел уже не о выгодах или потерях, а о жизни или смерти германской нации, но ваш Царь и слышать не хотел о мире... Тогда мы очутились в положении, когда уже нельзя было ни рассуждать, ни разбираться в средствах самозащиты... Я нисколько не скрываю, что, устраивая у вас Революцию, мы действовали сознательно и сочувствовали ей, но я повторяю, что Революция была нам нужна только на срок 2-3 недель, в течение которого мы получили бы возможность заключить мир и прекратить войну. А добившись мира, мы имели в виду немедленно ликвидировать революцию, выгнать большевиков и навести порядок. Мы и приступили к этой задаче, и вы, верно, помните, в каком паническом страхе пускались большевики в бегство, встречаясь с нашими карательными отрядами на Украине... Не наша вина, что задача не удалась. В этом повинны Франция и Англия, выгнавшие наши войска из пределов России и оставившие вашу родину на растерзание большевикам... В тот момент МЫ ЕЩЕ НЕ ЗНАЛИ, что Франция и Англия ПРЕСЛЕДОВАЛИ ОБРАТНЫЕ ЦЕЛИ и были заинтересованы не только в поддержании большевизма в России, но и в насаждении его в Германии. И в том, что мы этого не знали, и заключалась наша величайшая ошибка. Но теперь мы прозрели и знаем, кто прячется за большевизмом и скрывается в недрах всякого рода Революций...
А если не знали этого раньше, то виноваты в этом отчасти вы, русские, державшие свыше 10 лет в своих руках «Сионские протоколы» и ничего не сделавшие для того, чтобы распространить их по всему свету. Скажу вам даже более, что если бы Германия была раньше знакома с «Сионскими протоколами», то никакая война с Россией была бы невозможна... Было бы слишком безсмысленно содействовать такою войною осуществлению Еврейских программ, и я хочу верить и надеяться, что впредь ни Россия, ни Германия не повторят роковой ошибки. «Сионские протоколы» не только раскрыли нам глаза на преступные замыслы Мирового Еврейства, но и наметили точно и определенно характер предстоящих нам государственных задач, и мы идем к ним твердо и неуклонно».
Не ручаюсь за буквальную точность передачи беседы, но таков был общий смысл ее.
Те же мысли мы находим и в «Интервью с Людендорфом», напечатанном лет десять тому назад в одной из русских газет, издававшихся в Америке. У меня случайно сохранилась газетная вырезка без означения ее даты, и даже названия газеты, заслуживающая быть увековеченной в нашей памяти. Вот эта вырезка.
++ ++ ++ ++
ИНТЕРВЬЮ С ЛЮДЕНДОРФОМ
Наш сотрудник имел беседу с генералом Людендорфом, проживающим близ Мюнхена и сделавшим следующие заявления.
— Вы спрашиваете моего мнения о положении дел в России и о большевиках. Я не люблю разговаривать с журналистами. Каждое мое слово перевирают и коверкают. Меня ругают все, а если я еще и открыто выступлю за немедленную борьбу против большевиков, то меня совсем съедят.
— Тем не менее, позвольте, пожалуйста, — сказал я, — задать вам вопрос: считаете ли вы возможным возстановление общего мира в Европе без разрешения Русского вопроса?
— Считаю это совершенно невероятным и невозможным. Я считаю, что ликвидация русского большевизма одна из первых и главных необходимостей. Я не знаю русского большевизма, а знаю ОБЩИЙ большевизм. Он есть и у нас, и во Франции, и в Англии, — достаточно сказать только, что все страны панически боятся «своих» большевиков, а потому не выступают против «русских» коммунистов... Стремление к III Интернационалу есть во всех странах. Мы видели, что сделал у нас Зиновьев в Галле. Мы видим последние события во Фленсбурге. Посмотрите на деятельность Кашэна во Франции, на конференцию в Туре и т. д. Безусловно, все это держится Россией, — МЫ ВСЕ БОЛЬНЫ ЭТОЙ БОЛЕЗНЬЮ. — Вывод ясен: должна быть борьба с «русским» большевизмом!
— Как вы представляете себе эту борьбу? конечно, как военное вмешательство? Мыслите ли вы себе его, как международное вмешательство или как вмешательство одной из западноевропейских держав?
— Я считаю, — отвечает Людендорф, — что вмешательство может быть только международным, причем я считаю, что должна быть не только борьба чисто военная, но и должна измениться вся политика западноевропейских государств. При теперешнем положении,однако, когда Франция делает по отношению к нам одну ужаснейшую ошибку за другой, когда Англия ведет себя по отношению к большевикам, по меньшей мере, двусмысленно, Америка совершенно в стороне, — при таком положении вещей, я хочу сказать, при такой политике, не может быть и речи о разрешении Русского вопроса.
— Франция теперь так заботится о платежах Германии. Но что будет в том случае, если Красная армия подойдет к нашей границе (а она подойдет, потому что Польшу она разобьет, — в этом я не сомневаюсь)? Что будет тогда, скажи те мне, пожалуй- ста, если от Германии отберут последние остатки вооружения?
— А будет следующее: французы потеряют все, что они «всадили» в свою Польшу, и от нас уже, конечно, не получат ни копейки!
— Г. Бурцев ведь, безусловно, большой русский патриот и крупный антибольшевик. Я знаю, что он известен во Франции, — неужели он не может доказать кому нужно, что в случае подобной политики Франции по отношению к нам, к Германии по Русскому вопросу, они обрекают сами себя на гибель? Скажите мне, неужели даже этой простой очевидности не понимают во Франции?
— Скажите, пожалуйста, а Германия была бы в состоянии помочь русским антибольшевикам?
— У нас, немецких патриотов, есть все, что хотите, по отношению к России. И желание помочь ей, и горячая симпатия, но в состоянии ли помочь Германия России — это вопрос другой.
Опять же мы вернемся к тому, о чем уже говорили. При теперешней политике Франции — конечно, нет! Но при общей борьбе, постав- ленной в международном масштабе, могли бы; и, конечно, только немецкими солдатами и немецким командованием вы сможете разбить Красную армию. Я глубоко верю в это, так же как и в то, что Красная армия не представляет из себя никакой реальной силы.
— Считаете ли вы возможным, чтобы переворот совершился внутри России сам по себе?
— Я думаю, что подобный переворот невозможен, потому только что Русский Народ страшно терпелив, а теперь, кроме того, и голоден, и запуган. Нет, — только, повторяю, общее военное международное вмешательство может избавить Россию от большевизма.
Причем я глубоко убежден, что опасность от большевиков грозит всему миру и что теперь нельзя терять ни одной минуты"...
............................................
Должен признаться, что моя беседа с Людендорфом окончательно примирила меня с Германией, война с которой всегда казалась мне безсмысленной. Европа, действительно, не знала России, и Людендорф был совершенно прав, обвиняя в этом Россию, безпечность которой была столь же велика, сколь велики были и ее территория, и ее богатство. Но, если только одна книга: «Сионские протоколы» могла предотвратить войну с Германией, то сколько чудес могла бы сделать Христианская Церковь, если бы видела свою задачу не только В ПРОПОВЕДИ Христианства, но и в ЗАЩИТЕ его, иначе в борьбе с Мировым Еврейством?!

Subscribe

  • ПРИСПОСОБИВШИЕСЯ

    Иванов-Разумник Разумник Васильевич 1943г. О погибших в советских тюрьмах и ссылках писателях рассказывать хоть и горько, но…

  • Полууголовная ИСТОРИЯ СОВЕТСКОГО ТОРГСИНА

    Сверкающие зеркала, услужливые продавцы, немыслимое изобилие товаров, свезенных, казалось бы, со всего света… Именно такими в…

  • Как мирянину можно спастись

    Преподобный Паисий (Величковский) Советую вам прилежнее читать Божественное Писание и учение святых и Богоносных Отцов наших,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments